Врачебная «тайна»: Кто ответит за инсайд про Александру Солдатову?

Вы знаете, во всей этой ситуации с гимнасткой Сашей Солдатовой за кадром остается один момент. Как стало известно о том, что гимнастка попала в больницу с порезами на руке?

//
Фото © Роман Вертон

Если кто не знаком с этой неразвитой сенсацией спортивного мира, поясню. Есть такая спортсменка — Александра Солдатова — член сборной команды России по художественной гимнастике, трёхкратная чемпионка мира в командном зачёте (2014, 2015, 2018), чемпионка мира в упражнении с лентой (2018), трехкратная чемпионка Европы в командном зачёте (2015, 2017, 2019), чемпионка России в индивидуальном многоборье (2016), бронзовый призёр чемпионата России по художественной гимнастике (2014) в многоборье.

Титулованная «художница» и очень красивая девушка. С огромным женским обаянием и потрясающей пластикой. 

Александра Солдатова. Выступление на гала-концерте закрытия Юношеского чемпионата мира 2019 в Москве © Роман Вертон

6 февраля ресурс Baza (также ссылаются на Агенство городских новостей МОСКВА) разместил информацию о том, что спортсменка поступила в больницу после попытки самоубийства с порезами на левой руке. Новость тут же подхватили все информационные ресурсы, распространяя ее со скоростью, которой короновирус позавидует.

Это могло стать грандиозной сенсацией и произвести эффект разорвавшейся бомбы. Дело не только в титулованности, замечу, действующей, не бывшей, спортсменки и члена сборной России. У главного тренера сборной по художественной гимнастике Ирины Александровны Винер-Усмановой все всегда под контролем. Один из премиальных российских видов спорта находится в жестких, но надежных руках сильного и эффективного менеджера. Сама Ирина Александровна неоднократно подчеркивала, что часто бывает ближе девочкам, чем их родная мать. В определенной степени это сравнение вполне справедливо, учитывая, что спортсменки проводят в спортзале колоссальное количество времени и практически не покидают тренировочную базу.  

И тут такое.

Реакция тренерского штаба была быстрой, хотя поначалу, похоже, была некоторая шокированность. Уже скоро спортсменка из больницы через приехавшего к ней личного тренера транслировала видео, в котором новость называлась фейковой и попытка суицида опровергалась.

Конечно, не всех эта информация убедила. Тем более, что фон этой новости делал историю с попыткой самоубийства очень правдоподобной. Практически полгода Солдатова по состоянию здоровья не участвует в соревнованиях, а фактически теряет позиции в сборной, конкуренция в которой, по словам самой Ирины Винер, крайне высокая. После того, как накануне она не попала в состав сборной для выступления на этапе Гран При в Москве, попадание ее на олимпийские игры в Токио летом этого года стали еще более проблематичным.

Что это значит для спортсмена спорта высоких достижений может понять только тот, кто знает тот путь, который проходят спортсмены до момента, когда они начинают представлять страну в международных соревнованиях. Художественная гимнастика это один из тех видов спорта, где спортсменки с малых лет лишают себя простых сначала детских, затем подростковых радостей на пути к вершине. Поэтому, остановка близко к финишу, на последнем шаге, остановка не из-за того, что ты хуже или проигрываешь, а потому, что не можешь принять участие — это серьезное испытание для психики и очень сильное эмоциональное давление.

Фото © Роман Вертон

Поэтому, в возможность такого сценария верилось. Это еще больше заостряет тот вопрос, который поставлен в начале: как стало известно даже не о госпитализации, а о диагнозе? 

В общем-то, ответ очевидный. Ресурс, который первым выпустил в эфир эту информацию, получил инсайд. Впрочем, вопрос больше не к этому ресурсу. Вопрос в том, почему, обращаясь за помощью или попадая по состоянию здоровья в службы, которые призваны тебе помогать и защищать (медучреждение, полицию) тебе не гарантирована защита от распространения твоей сугубо личной информации.

На настоящее время защита от распространения личной информации по сути не гарантирована

В случае с Александрой Солдатовой, вне зависимости от реальных причин ее попадания в больницу, полагаю, меньше всего ей хотелось бы, чтобы о причинах узнала вся Россия. Впрочем, как и остальной мир, в многих странах которого спортсменка очень популярна. Да, на настоящий момент тема постепенно сворачивается. В немалой степени это обусловлено заявлениями самой Саши и, думаю, усилиями, влиянием и авторитетом Ирины Винер-Усмановой. Но, осадок, как говориться, все равно есть, как и пересуды. 

ФОТО © РОМАН ВЕРТОН

Новостные издания и ресурсы всегда будут гоняться за сенсациями. Поэтому, полностью застраховаться от распространения персональной информации достаточно сложно. Утечки могут быть как в виде оплаченного инсайда, так и просто появляться из-за случайности, низкой ответственности персонала, непонимания или глупости. Но, чем больше в совокупности мер принимается по защите частной информации, тем ниже вероятность того, что наши данные будут использованы нежелательным для нас образом.

В российском законодательстве есть несколько уровней защиты личной информации гражданина. Во-первых, в Конституции записано основополагающее положение о неприкосновенности частной жизни. Во-вторых, есть федеральные законы общего и специализированного характера, которые раскрывают и дополняют положения основного закона. В частности, Федеральный закон «О персональных данных» от 27.07.2006 N 152-ФЗ, а также Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 N 323-ФЗ. 

Первый закон определяет порядок сбора, хранения и оборота персональной информации. И если кому-то кажется, что рассказ по секрету всему свету вспомогательного персонала о случившемся в медицинском учреждении не подпадает под действие этого закона, то на защиту вступает второй из упомянутых законов, который определяет понятие врачебной тайны … 

Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ, статья 13, пункт 1

"Сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну."

… и обязательство ее неразглашения.

Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ, статья 13, пункт 2

"Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну ... лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей ..."

Таким образом, в эфире не должна была появиться не только информация о диагнозе или причинах поступления Александры Солдатовой в больницу, но и даже информация о самом факте обращения гимнастки в медицинское учреждение.

Это все так, но, при той отвественности, которая наступает по закону для персонала поликлиник, больниц и медцентров в случае разглашения персональной информации и врачебной тайны, можно констатировать, что гарантий конфиденциальности практически никаких нет.

КоАП РФ Статья 13.14. Разглашение информации с ограниченным доступом

"Разглашение информации, доступ к которой ограничен федеральным законом ..., лицом, получившим доступ к такой информации в связи с исполнением служебных или профессиональных обязанностей ... влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от ₽500 до ₽1000; на должностных лиц - от ₽4000 до ₽5000."

Интересно, что в КоАП (Кодексе об административных правонарушениях) есть специальная статья 13.11, касающаяся ответственности за правонарушения в области персональных данных, где штрафы значительно выше, а также могут быть наложены на юридическое лицо. Однако, в этой статье нет положений, касающегося сохранности персональных данных (по-крайней мере, я этого там не нашел), возможно, потому, что есть общая статья, приведенная выше, касающаяся разглашения закрытой, в том числе, личной, информации.

В законе о персональных данных также записано, что потерпевший может претендовать на возмещение морального вреда. Но, данная процедура по законодательству требует обращения в суд с соответствующим иском. На настоящий момент практика подобных дел в России ограничена вследствие мизерных компенсаций, присуждаемых судом пострадавшим. Смысл подобных судебных процедур имеет скорее имиджевый, чем финансовый характер. При этом, требует много времени. В таких условиях, для большинства людей и ситуаций подобные разбирательства теряют эффективный смысл.

Примечательно, что Уголовный кодекс Российской Федерации также содержит положения, определяющие ответственность и наказание за нарушение неприкосновенности частной жизни. Последствия более значимые и могут заставить задуматься желающих сделать сенсацию. Однако, либо процедура уголовного преследования за данное правонарушение слишком муторна и неэффективна (ведь надо проводить расследование с возбуждением уголовного дела), либо следственные органы и суды стараются не принимать подобных дел к рассмотрению возможными им способами. Не могу сказать, что мне знакомы какие-либо уголовные процессы, испирированные известными личностями в отношении источников распространения персональной информации.

УК РФ Статья 137, пункт 1

"Незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации - наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет."

Таким образом, несмотря на то, что в законодательстве России достаточно правовых норм, обеспечивающих защиту личной информации от распространения, фактическое отсутствие серьезных последствий для информаторов и распространителей при недостатке сдерживающих моральных и этических факторов будет приводить к утечкам, аналогичных той, которые мы наблюдали в случае с Сашей Солдатовой.

Фото © Роман Вертон

Это не значит, что ничего нельзя сделать. Было бы, конечно, неплохо, если бы в вышеупомянутую статью 13.11 КоАП была внесена четко сформулированная ответственность за сохранность персональной информации и введены значимо высокие штрафы как для физических (и должностных) лиц, так и юридических лиц. Или же в КоАП внесены положения, специально определяющие ответственность как персонала (физических лиц), так и поликлиник и больниц как юридических лиц. Вовлечение медучреждений в финансовую ответственность за разглашение врачебной тайны необходимо. 

Вот интересно, проводиться ли служебная проверка с случае с Солдатовой? Инициировало ли ее (проверку) руководство медицинского учреждения, в которое она попала? Или надзорный орган? Есть ли в полномочиях или обязанностях Росздравнадзора проверять организацию по факту возникновения подобных утечек? 

Даже без изменений в кодексы и федеральные законы на ведомственном уровне возможны дополнительные меры, обеспечивающие выполнение законодательства в сфере защиты личной информации. Например, дополнительные регламенты, правила, изменения в уставах медицинских учреждений. Нарушение врачебной тайны одно из основополагающих правонарушений с их стороны. Всем им выдаются разрешительные документы для ведения деятельности. Нельзя ли на уровне Правительства или министерства принять нормативные акты, позволяющие приостанавливать или аннулировать действие этих разрешительных документов?

Нарушение врачебной тайны одно из основополагающих правонарушений со стороны медицинских учреждений и их работников

При желании найти меры воздействия можно. Но, многое можно также сделать и на уровне самих медучреждений. Мне кажется, что в совокупности с высокой финансовой ответственностью юрлица, это, возможно, наиболее важным. Во-первых,  необходимо менять отношение сотрудников к этому вопросу: от руководства до младшего персонала. Должны быть внедрение и пропаганда новых стандартов. Это ответственность руководителя, которой руководитель не должен пренебрегать и воспринимать как лишнее.

Во-вторых, если такой практики нет, то при устройстве на работу любой сотрудник должен подписывать отдельный документ о соблюдении врачебной тайны и личной информации всех пациентов и поступающих в медицинские учреждения. Действующие сотрудники также должны пройти эту процедуру. При этом, это должен быть отдельный документ или приложение к трудовому соглашению (или иным внутренним документам организации), чтобы эти положения не терялись меж страниц мелкого текста. В документе должны быть прописаны четкие и строгие меры дисциплинарной и финансовой отвественности сотрудника за нарушение соответствующих требований. 

А дисциплинарные меры должны быть очень жесткими. Просто говоря, при обнаружении такого факта работник должен быть немедленно уволен с соответствующей записью в трудовой книжке.

Я понимаю, что на практике такие меры реализовать не просто. Где-то сложно заполнять вакансии, где-то специалисты, допустившие утечку, ценны для учреждения или в хороших личных связях с руководством. Также надо понимать, что доказательство самого факта разглашения конкретным работником задача непростая, хотя круг будет не такой широкий. Поэтому, конечно, самосознание и изменение отношения к личной информации пациентов со стороны медицинских работников имеют также большое значение.

К сожалению, на текущий момент простого решения проблемы нет. Повторюсь еще раз, финансовая ответственность, определенная КоАП, практически нулевая, и может быть применена только к физлицу, сделавшему утечку, или к должностному лицу медучреждения. Это фундаментальный пробел законодательства. Необходимо, чтобы финансовую ответственность несло, прежде всего, медицинское учреждение как юридическое лицо. При этом, без применения судебных процедур. Должен быть значительный административный штраф.

Тогда будет заинтересованность учреждения в выявлении причин и источников распространения врачебной тайны. Тогда к сотрудникам могут быть применены нормы трудового законодательства, позволяющие предъявить уплаченные суммы штрафа к возмещению в качестве материального ущерба организации.

Возможность наложения финансовой ответственности на работника на уровне организации сейчас по факту сильно ограничена нормами трудового законодательства. Но, способы надо искать. Например, помимо увольнения можно прописать депремирование до уровня минимальной оплаты труда (в случае нарушений размер заработной платы исчисляется из расчета минимальной оплате труда), и исходя из этой суммы делать выплаты при увольнении. Хотя бы что-то.

Итак, что в итоге? А в итоге пока можно только надеяться на ответственность медицинских работников и работников силовых ведомств. А также на то, что министерства и законодатели обратят активное внимание на эту проблему. На уровне общественных организаций, депутатов, общественных деятелей необходимы инициативы, направленные на внесение изменений в законодательство.

 А также нужны уголовные процессы против источников утечек. Пока, похоже, это единственный действенный способ хоть как-то изменить ситуацию.

Добавить комментарий

Your email address will not be published.